Русский гид в Японии. Рассказы о Японии

ГлавнаяРассказы о ЯпонииПохихикать



Партнеры сайта

Туризм по-японски


В выходные мы решили побыть неорганизованными дикими туристами, то есть провести ночь в палатке. Если вы думаете, что в Японии это просто, так знайте, что это не так. Во всяком случае об одинокой полянке в горах на берегу речки, в окружении дикой природы, с костерком и удочкой - об этом можно и не мечтать. Остановиться можно только в организованном кэмпинге, и цена будет колебаться от 20 до 100 долларов за ночь с палатки, в зависимости от условий и популярности места.

И вот, приезжаем мы в лагерь. После обязательной регистрации проходим инструктаж, в ходе которого, слава богу, все становится ясно. Так, например, мы узнали, что ставить палатку на дороге, по которой ездят машины – это опасно. Также не следует ставить палатку на пешеходных дорожках: там, оказывается, ходят люди. К тому же машину нужно оставлять на парковке, а не на проезжей части, чтобы не мешать проезду других машин.

Зачитали правила поведения. Отбой в 22 часа, просьба не шуметь. В озере есть рыба, но ловить ее нельзя. Лагерь имеет два пляжа, которые находятся там-то и там-то, но купаться запрещено. Дрова для костра сложены вон там, но костер не разводить. На тот случай, если слова не дошли, нам выдали листок, где все вышесказанное было написано, и даже приложили плохой перевод на английский.

Хотя мы усердно кивали головами, мы все-таки не произвели впечатление достаточно сообразительных людей, поэтому был выслан мужик на велосипеде, который проверил, не оставили ли мы машину прямо на дороге.

После прохождения всех этих формальностей, нам было дозволено перегрузить наши вещи на специально выделенную тележку.

- Где вы хотите ставить палатку? – спросили нас, - С этой стороны речки или с той? С той стороны не рекомендуем, там заказан лагерный костер, а это опасно: от него летят искры.

Мы все же предпочли остановиться на”опасном берегу”, поскольку он показался нам живописнее, поэтому пришлось прослушать еще одну небольшую лекцию “о правилах безопасного нахождения вблизи открытого огня”.

Наконец нам разрешено поставить палатку.

Около нас оказалась большая организованная группа, человек 70: сотрудники какой-то компании приехали с женами и детьми сплотить свой коллектив в неформальной обстановке. Когда мы ставили палатку, они как раз собирались ужинать, и потому выстроились в очередь к газовой плите, около которой человек с повязкой на рукаве приступил к раздаче супа из большой кастрюли. С ним рядом стояла женщина, тоже с повязкой, и вручала каждому бутылочку с зеленым чаем. Думаете, у них было ограниченное количество напитков? Да ничего подобного! На столах стояло сколько угодно бутылок разного безалкогольного содержания – бери любую! Лишь число этих поллитровых бутылочек с зеленым чаем строго соответствовало числу участников пикника. В этом просматривался некий глубокий смысл, почти ритуал: каждый, кто получил такой “священный” сосуд, тут же становился неотъемлемой частью коллектива. В этом коллективе царит равенство и справедливость: и начальник, и подчиненный получили одинаково, а дальше, следуя демократическим принципам, могут обслуживать себя сами.

Далее ужин проистекал в свободной манере, но на мой российский взгляд было в нем нечто искусственное. Никто не мог себе позволить полностью отъединиться от общества, но того бесшабашного единения “друганов”, которое возникает в наших россейских компаниях после первого стакана, тоже не наблюдалось.

Не знаю, может японцы чувствуют себя комфортно, но это значит, что их менталитет несколько отличается от нашего. Ведь как у нас? Стоит веселый гам, говорят все, не важно, слушают тебя или нет, то там, то здесь возникает смех или даже выяснение отношений. Ведь когда собирается более 10 человек, невозможно слушать кого-то одного: иначе сабантуй превращается в собрание.

У японцев же, когда начинал говорить кто-то один, остальные (70 человек, включая детей!) замолкали и внимательно слушали, кивая головами. В определенные моменты вся компания отвечала на любую чухню дружным смехом, и это несколько напоминало наши забытые “дружные продолжительные апплодисменты”.

На некоторое время мы забыли о своих соседях, занявшись собственным шашлыком, и вспомнили о них, когда услышали звуки позывных из нашего советского пионерского детства. Действительно, это был сигнал к всеобщему сбору.

Вокруг большого кострища была начерчена на земле меловая линия, вдоль которой уже были расставлены стулья. Вся компания, включая детей, расселась по кругу, у каждого в руках была внушительная стопка бумаги с программой вечера. Зазвучала музыка, все встали, и стройный хор - кто по бумажке, кто наизусть - запел, как я поняла, гимн компании.

Затем началось представление участников. Ведущий называл фамилию, семья вставала и проговаривала короткую речь, в которой в основном звучали слова благодарности вождям и товарищам, при этом приветствовалась некая доля юмора, что подчеркивало неофициальность встречи.

После этого мужик с повязкой на рукаве, видимо, прошедший специальный курс обучения, подошел с факелом и зажег подготовленный костер под апплодисменты. К моменту зажигания костра уже были подготовлены сотрудники лагеря. Костровище находилось в центре абсолютно пустой грунтовой площадки, стулья стояли на расстоянии радиуса порядка 20 метров, а два мужика из лагерного персонала вышли на передний план, одетые в резиновые сапоги и какие-то специальные куртки, держа наготове противопожарный шланг. За их спинами стояла телега с ведрами, лопатами и баграми.

Когда стало ясно, что костер горит правильно и пожара не будет, организованные “holidaymakers” начали веселиться, согласно программе. Зазвучала бравурная музыка, похожая на немецкие марши времен Второй Мировой Войны, ведущий снова выкрикивал фамилии, и глава очередного семейства выскакивал в центр круга и отплясывал вокруг костра свой “оригинальный” танец.

Далее следовало “караоке”, но оно оборвалось, едва начавшись, поскольку уже давно шел дождь, и народ начал конкретно мокнуть. Тогда было сделано объявление в микрофон о том, что идет сильный дождь - сами они, видимо, были не в состоянии заметить перемену погоды, увлеченные выполнением развлекательной программы. После объявления все в организованном порядке прошествовали к своим палаткам.

Утром меня разбудила бодрая музыка. Я взглянула на часы: ровно 6:30. Вылезла из палатки. Вся компания в полном сборе собралась на вчерашней площадке и приветствовала друг друга исполнением гимна горячо любимой фирмы. Далее – зарядка, которую народ выполнял, не побоюсь этого слова, с удовольствием. Мало того, другие, неорганизованные японцы все повылазили из близлежащих палаток, но не для того, чтобы возмутиться ранним пробуждением, а только чтобы присоединиться к выполнению наклонов и подскоков под музыку, каждый около своего тента. Было ощущение, что вся японская нация объединилась в едином физкультурном порыве. Глядя на этих скачущих единомышленников, невозможно было представить, что существует хотя бы один уголок в Японии, где сейчас не прыгают и не вертят руками и ногами. И я, с фотоаппаратом вместо гантели, почувствовала себя настолько далекой и чужой, будто я стояла не рядом с ними, а за невидимой чертой, решительно отрезающей меня от остального японского мира.

Это был один из тех моментов, когда иностранец в Японии ясно осознаёт, что своим ему в этой стране не стать никогда.

Ваш гид в Японии,
Ирина

©Едем в Токио - Гид в Токио|Гид в Японии|Экскурсии по Японии с русским гидом


Яндекс.Метрика